21.12.2011 17:03 Маша Мищенко , ПУБЛИКАЦИИ
На пресс-конференции Янукович рассказал, кто во всем виноват
«Это был тяжелый год, но мы заложили фундамент для поступательного
движения вперед»… «Я не могу вмешиваться в действие судебной системы и
журналистам не советую»...
Сегодня Виктор Янукович в Киеве в Украинском доме давал свою
пресс-конференцию. Эта пресс-конференция состоялась после проваленного
саммита Украина – ЕС и на фоне вчерашних газовых переговоров с РФ,
результатом которого станет вероятная сдача украинских активов. По крайней
мере, к этому нас готовят эксперты Банковой.
Сложившаяся в стране ситуация не располагала к искреннему и тем более
теплому общению.
На итоговую пресс-конференцию президента Украины в Киеве собралось более
двухсот журналистов центральных, международных и региональных СМИ. Перед
входом в конференц-зал на столиках журналистам предлагались сок, чай,
кексы. Ненавязчиво и недорого, типа для приезжих СМИ. Журналисты собрались
в зале за час до начала, можно было записаться на вопрос.
Первые полчаса своего выступления Виктор Янукович в основном рапортовал об
успехах. На табло высвечивались слайды, графики макроэкономического роста,
список мер по дерегуляции бизнеса, построенных дорог и мостов, стадионов и
новых электричек.
«Это был тяжелый год, но мы заложили фундамент для поступательного
движения вперед», – комментировал президент. К своим личным успехам он
отнес также то, что земля дала хороший урожай. И что в следующем году в
Украине должно родиться пятьсот тысяч малышей. Янукович объяснил это
повышением выплат на рождение ребенка, вероятно, не зная, что и старые
выплаты уже по два месяца роженицам не выплачиваются.
Обещая реформы и улучшение жизни, президент дал понять, что будет
увольнять министров и при этом заверил, что будет сотрудничать с
журналистами, всячески обещая открытость и диалог.
В этом вступительном слове не было ни слова о провале евроинтеграции, о
вчерашних газовых переговорах и Тимошенко. Далее Янукович предложил
задавать вопросы.
Пиарщики главы державы, соблюдая видимость диалога, создали очень
комфортную для него обстановку.Журналисты задавали свои вопросы
попеременно: сначала – центральные СМИ, потом – региональные. Какие
вопросы задают региональные СМИ, выи сами знаете. Да простят меня коллеги
из регионов, зависимые от местных органов власти.
Киевские СМИ писали, что обладминистрации накануне мероприятия обзванивали
их и просили предоставить вопросы для президента. Региональные журналисты,
например, просили президента рассказать о госпрограмме очистки рек (Виктор
Федорович растекся мыслью о французских очистительных системах в Крыму), о
программе «Питьевая вода», о строительстве автобана на Канев. Да и среди
центральных СМИ первыми задавали вопросы лояльные к президенту медиа.
Первые вопросы звучали мягко: «Вы обещали улучшение жизни, а народ
бастует. Как же так?»
Президент пожаловался, что ему достался старый чемодан популистских
законов, принимаемых политиками за все двадцать лет независимости перед
выборами, и что все это нужно решать, но пообещал, что резать по живому не
будет.
«Вы обещали менять министров. Когда? Кого?» – интересовались коллеги.
«Я не отказываюсь, но так бывает, что у человека открылось второе дыхание.
Как не дать этому министру второй шанс?» – вопросом на вопрос отвечал
Виктор Федорович.
Наконец этот полюбовный диалог прервал журналист Мустафа Найем: «Виктор
Федорович, вот жизнь ухудшается, вы объясняете это реформами. А лично ваша
жизнь улучшается. Арендуется дорогой вертолет за миллион долларов у фирмы,
которая контролируется вашим сыном. В Межигорье идет строительство фирмы,
которая контролируется вашим сыном. Почему у страны все так плохо, а у вас
все так хорошо?»
Повисла пауза.
Потом, без видимого напряжения (он готовился, судя по всему выдержать
удар) Виктор Федорович начал отвечать: «Я вам скажу, то, что вы так бурно
развиваете, меня это абсолютно мало интересует. И скажу почему. Потому что
у меня очень мало времени для наслаждения, очень мало. Вчера, например, я
около трех часов ночи приехал домой, и сегодня встал в шесть утра.
Позавчера было немного раньше. Поэтому о какой сладкой жизни вы говорите,
я не знаю, и обсуждаете тему моей семьи. Я вам хочу сказать, что я вам не
завидую».
Янукович ухмыльнулся, зал тоже посмеивался.
«Мы с вами друг друга знаем и хорошо понимаем… Остальное додумаете сами»,
– добавил Янукович и рассмеялся.
Больной вопрос о ситуации с газовыми переговорами был одним из последних.
Президента спросили: на что Украина готова пойти ради пересмотра газовых
контрактов и как идут переговоры по пересмотру цены на газ. А также – как
Украина будет согласовывать требования РФ и свои обязательства перед
Европейским энергетическим сообществом. Виктор Федорович стал
рассказывать, что такое компромисс.
«Компромисс, – объяснил он, – это когда страна от чего-то отказывается, а
что-то получает. Мы имеем примеры плохих компромиссов, а имеем примеры
хороших».
Виктор Федорович не уточнил, каким компромиссом он считает Харьковские
соглашения.
Далее г-н президент стал рассказывать об условиях компромисса, который
сам, судя по всему, считает хорошим. «Безусловно, мы ставим целью создать
трехсторонний газотранспортный консорциум. Когда это будет создано, трудно
сказать. Мы видим, что Украину игнорируют наши коллеги в Энергетическом
сообществе. Принимаются решения, которые идут вразрез с национальными
интересами Украины. Мы не видим понимания того, как будет дальше. Если
будет сохраняться такая динамика, для чего это нам? Для галочки, или это
дань моде?” – вопрошал Янукович.
У журналиста не было возможности уточнить, а что сделала Украина как член
Европейского энергетического сообщества. Почему, имея план имплементации в
сообщество, принятый при Тимошенко, новое правительство не приняло ни
одного подзаконного акта, который бы, например, запускал закон про рынок
газа? Где реформирование Нафтогаза, которое предполагается требованиями
энергетического законодательства? Или оно должно лечь на жертвенник
«хорошего газового компромисса» от Юрия Бойко, который чуть не уселся во
время переговоров на российскую сторону? Эти вопросы никто не задал, и
Виктор Федорович продолжил энергопросветительство аудитории:
«Мы члены Энергетического сообщества, а они строят Северный поток», –
пожаловался президент. Он, наверное, забыл, что Северный поток начал
строиться в 2005 году, а мы вступили в Европейское энергетическое
сообщество в 2010-м. Если бы было принято решение о строительстве
Северного потока, а Украину пригласили бы как равноправного партнера... Но
хотя бы предложите нам участвовать в этом проекте – вкладывайте средства,
и будете получать от работы газотранспортной системы свой интерес. Этого
не произошло. К тому же это было сделано демонстративно. Показали, что мы
сможем без вас обойтись».
Еще Виктор Федорович сказал, что нет ответа на вопрос, будет ли РФ
вкладывать в модернизацию белорусской ГТС, которую они недавно забрали.
«Будет ли Россия с Европой строить Южный поток, который превратит нашу ГТС
в металлолом? – размышлял Виктор Федорович, – не знаю. Но они начали
строить. Строят подземные хранилища в Сербии». Судя по всему,
представление Виктора Федоровича о событиях в сфере энергетики формируют в
Газпроме. В Брюсселе не было даже наименьшей бутафорской презентации
Южного потока. Далее Янукович перешел к обоснованию необходимости
консорциума.
«Правильной была позиция Украины разделить и возможности, и
ответственность газотранспортной системы между потребителем – Европой,
поставщиком газа – Россией – и транзитером – Украиной. То есть создание
газотранспортного консорциума. Мы увидели, что прошло время и, как
говорится, нам утерли нос. Стыдно сейчас возвращаться к этому вопросу или
нет? Я скажу: не стыдно. Мы можем потерять многое, и вместо того шума о
том, что это наше богатство, достояние, мы получим металлолом. Я не хочу,
чтобы наша ГТС была отброшена на обочину и никому не была нужна.
Мы будем прилагать усилия, чтобы создать консорциум, чтобы от его работы
платились налоги на территории Украины», – сказал Янукович.
Он не уточнил, будет ли Украина делить только ответственность от
использования трубы или получит что-то от такого консорциума.
Два последних вопроса касались о Тимошенко. «Будет ли освобождена
Тимошенко? Будет ли подписан Договор об ассоциации с ЕС?»
На протяжении двадцати минут зал выслушивал размышления президента. Мы
узнали, каким непосильным грузом легли газовые контракты на Украину и то,
что президент не может подменять собой суд.
Виктор Федорович убеждал нас: «Я хорошо знаю, что это такое… Я не могу
вмешиваться в следственные действия и действие судебной системы и
журналистам не советую».
«Все мы не без греха, – воздыхал Виктор Федорович, – но надо помнить и о
презумпции невиновности и о неотвратимости наказания».
Ответы президента о Тимошенко сопровождались обвинениями несовершенством
правовой системы, которая конечно же будет реформироваться. Четко об
амнистии Тимошенко и европерспективе страны ничего сказано так и не было.
